Молчание Вятлага - 24 Февраля 2017 - Все о Вятлаге - Вятлаг

14+
        НАРОДНЫЙ АРХИВ

Мини профиль
Гость
Логин:
Пароль:

Среда, 13.12.2017




Наши именинники


Уголок общения

Перейти в глобальный чат


Статистика сайта

Всего пользователей: 925



Приветствуем нового участника:
alex14_St
Онлайн всего: 8
Гостей: 8
Пользователей: 0



Сегодня сайт посетили


Друзья сайта


Погода в Лесном

***
Праздники России


Наш опрос


Лучшие разделы сайта
Всего ответов: 227






Приветствую Вас, Гость · RSS 13.12.2017, 08:28

Главная » 2017 » Февраль » 24 » Молчание Вятлага

Автор: Александра Коробейникова

 

Кто ответит за насилие в кировских колониях?

 

Один из заключённых омутнинской колонии впервые публично рассказал о жестоких пытках и насилии. За что избивают заключённых в кировских тюрьмах и почему об этом молчат?

 

«Меня повалили в снег и начали топить в снегу, я стал задыхаться. Насыпали снег везде, под одежду, под нижнее бельё. Это происходило минут 15. Затем меня затащили в карантин… В кабинете начальника карантина разорвали всю одежду и раздели догола…» Это далеко не самая шокирующая часть рассказа Эдуарда Горбунова, заключённого ИК-6 Омутнинского района. На профильных форумах колонию называют не иначе как «адом для арестантов», но это не единственное место, где бьют заключённых. Что происходит по ту сторону колючей проволоки, выяснял журналист портала Свойкировский.

В тихом омуте

Собственная пекарня, лесопилка, автосервис, студия телевидения, подсобное хозяйство, швейный цех и яркие ледяные скульптуры посреди вятской глуши... Колония ИК-6 особого режима в посёлке Восточный Омутнинского района по описанию больше напоминает благополучный посёлок, нежели наследницу Вятлага. Заключённые, попавшие сюда за убийства, наркотики, экстремизм, исправно трудятся. В помещениях проходят ремонты, кировское телевидение снимает жизнеутверждающие сюжеты. Колония считается образцовой. Но среди заключённых это место известно как «красная», то есть «беспредельная» зона.

 

 

 

 

На протяжении нескольких лет ИК-6 попадала в сводки происшествий. В 2010 году один из арестантов свёл здесь счёты с жизнью, в 2011 году прошла массовая голодовка, в период с 2012 по 2015 год заключённые и их родственники регулярно жаловались правозащитникам и журналистам на избиения заключённых. О последнем случае стало известно со слов заключённого Эдуарда Горбунова. О сексуальном насилии, пытках паяльником и других унижениях он рассказал телеканалу «ЗонаТВ»:

 

Эдуард Горбунов, заключенный ИК-6:

- Они [сотрудники колонии] сказали, что «у тебя здесь всё только начинается». <...> После этого меня стали душить, бросали на пол. <...> После этого мне ударили по затылку каким-то предметом. Когда я пришёл в себя, на мне была женская одежда. <...> После этого мне было предложено отказаться от каких-то воровских традиций. Я сказал: «Не знаю, что это такое». После этого меня перевели в камеру ШИЗО и повалили на стол.

 

Эдуард Горбунов утверждает, что в пытках и издевательствах участвовали сотрудники колонии. Однако общаться по телефону руководство учреждения отказалось, в пресс-службе УФСИН по Кировской области информацию о пытках не подтвердили.

 

Ирина Колчина, начальник пресс-службы УФСИН по Кировской области:

- Эту колонию постоянно посещают правозащитники, члены Общественного совета при УФСИН. Никаких жалоб при посещении заключённый не высказывал. Сейчас Следственный комитет проверяет информацию, которая была размещена на радиостанции «Эхо Москвы».

 

Как пояснили в Следственном комитете, проверка может занять до 30 дней и более. Всё это время Эдуард Горбунов проведёт в той же колонии. По словам бывшего заключённого Гасана, пытки там продолжаются по сей день и происходят с подачи начальства.

 

Гасанага Гасанбала оглы Гадиров, бывший заключённый:

- Я отбывал наказание в колонии в п. Сорда Верхнекамского района с конца 2008 года. Любимая фраза администрации: «Ничего не докажут». Говорили, что всё руководство страны об этих лагерях знает. Никакого контроля нет, прокурор свой, все прикрывают друг друга. В колонии с самого начала психологически забивали человека так, чтобы он только сидел и молился, чтобы его хотя бы не трогали. Во время приёмки, когда этапом приезжаешь туда, как только выходишь из автозака, сотрудники колонии с дубинками начинают бить. Осуждённые садятся на колени, и их бьют, пока они не начнут умолять и говорить, что на всё согласны. Потом я попал в 11-ю, а оттуда уже в ИК-6. Мне неприятно даже об этом говорить. Они там специально испортили канализационную систему всей колонии, чтобы туалеты были на улице. В эти колодцы со всеми нечистотами специально кидали заключённых, которые провинились в чём-то или не покоряются, и они черпали всё это и возили в чанах по всей колонии, чтобы остальные смотрели.

 

«Тебе предлагают выбрать, какой битой избивать»

С XIX века Вятка была известна как ссыльный край. Тенденция укрепилась в веке XX: Вятлаг стал одним из крупнейших лагерей ГУЛАГа. Сегодня в колониях Кировской области отбывают наказание более 11 тыс. человек — 1,2% от всего трудоспособного населения региона.

 

 

 

 

Известна своими порядками ещё одна колония Омутнинского района — ИК-17, где отбывал наказание бывший депутат ОЗС Сергей Лузянин. Он не раз жаловался на условия, до освобождения не дожил всего два месяца. Вот что вспоминает о колонии один из бывших заключённых:

 

Сергей (имя изменено по просьбе респондента), бывший заключенный ИК-17:

- Раньше во время приёмки заключённых били, натравливали собак. Сейчас, слава богу, это убрали. Избиения происходили руками актива (заключённые, которые сотрудничают с администрацией колонии, - прим. ред.) по команде администрации колонии либо по своим соображениям. Били, если не так посмотрел, «закусился» с администрацией, не вышел на работу или даже просто так. У них три биты: маленькая, средняя и большая. Тебе предлагают выбрать, какой битой избивать, — и бьют. Могут до нижнего белья раздеть и выгнать на мороз — стоять по несколько часов, пока им не надоест. Ещё был один арестант — Рогожа — которому всё сходило с рук. Он мог помочиться на заключённых, просто взять биту и забить человека. После такого пострадавшего отправляли не в больницу, а в СУС (строгие условия содержания - прим. ред.) или ШИЗО. Стольким парням он судьбы поломал! Руководство колонии обо всём знало, он жил как бог от этой безнаказанности. Но в кировской управе ещё по-божески обращаются. В Омской, Свердловской областях — там полный беспредел.

 

Не менее «красочные» воспоминания о колонии оставил координатор «Национал-большевистской платформы» Михаил Пулин. В 2014 году он подробно рассказал журналисту «Каспаров.ru» про «омутнинский ад» — «воспитание» дубинками и марши на 40-градусном морозе. О жестоком обращении с заключёнными в ИК-3, ИК-20, ИК-1 и других колониях области в разные годы сообщали заключённые, их родственники и правозащитники.

 

Обратный эффект

После жуткой истории политзаключенного Ильдара Дадина, которую не стали замалчивать даже федеральные СМИ, о насилии в колониях заговорили по всей стране. Но, как и в случае с Дадиным, жалобы оборачиваются против самих заключённых. Например, заводят уголовное дело за ложный донос или клевету. С такой ситуацией столкнулся бывший заключённый Алексей Галкин. Сегодня его дело об избиении рассматривают в Кирово-Чепецком суде.

 

Алексей Галкин, бывший заключённый ИК-20:

- Я отбывал наказание в ИК-20. За то, что я пожаловался на условия в колонии, меня в штабе избил майор. Это было 6 января прошлого года. У меня даже есть фотография с побоями. Я написал в Следственный комитет, была проведена проверка. Причём показания у меня не брали, объяснений я не давал. 5 мая вынесли решение об отказе в возбуждении уголовного дела. На следующий день у меня всё-таки взяли показания, которые даже не оформили задним числом. А 20-го числа на меня завели уголовное дело по ст. 306 - заведомо ложный донос. Быстро сфабриковали дело, допросив пятерых активистов.

 

Артур Абашев, заместитель председателя ОНК Кировской области:

- Самое интересное в ситуации с УФСИН, что первичные показания осуждённых и свидетелей собирают те же оперативники, которые работают в колонии. То есть по сути они сами на себя должны собрать материалы. Поэтому получается такой абсурд: все первичные материалы и объяснения берут сотрудники.

 

Правозащитник, член Общественной палаты Кировской области Михаил Плюснин отмечает, что даже освободившись из колонии, пострадавшие продолжают молчать.

 

Михаил Плюснин, правозащитник:

- Сколько раз было, что человек освобождается, приходит ко мне, рассказывает, как и что происходило в колонии. Говорю ему: «Надо заявление в Следственный комитет написать, Вы ведь уже не в колонии. На свободе проще отстаивать свои интересы». Нет, не хотят в суд. Кроме того, не всегда свидетели готовы подтвердить, что видели, как избивали, не всегда врачи фиксируют, что имеются на теле повреждения, иногда по странным сбоям техники не сохраняется видеозапись событий в видеорегистраторе сотрудника или стационарной камеры видеонаблюдения. Если у кого-то нет цели посадить конкретного сотрудника, дело будет тихонько расследоваться и закончится отказом в возбуждении уголовного дела или уголовным делом в отношении заявителя за клевету.

 

 

 

 

Исполнительный директор общероссийского общественного движения «За права человека» Лев Пономарёв считает, что заключённых запугивают: они просто боятся передавать информацию правозащитникам. Но ситуация не безнадёжна, если изменить подход к следствию.

 

Лев Пономарёв, исполнительный директор ООД «За права человека»:

- Я добиваюсь того, чтобы было принято следующее решение: если заключённый пожаловался на пытки, то его надо защищать с помощью программы защиты свидетелей, вывозить в другую колонию или следственный изолятор в столице региона, или в другой регион, и только после этого проводить расследование. К сожалению, следователи и даже прокуроры, как правило, стоят на стороне ФСИН. Это огромная проблема, я об этом уже 20 лет говорю, но система не хочет меняться. У нас есть ещё одно предложение, как изменить ситуацию. Мы предлагаем, чтобы следственная бригада приезжала из Москвы, а не местные следователи занимались этими случаями. Делать это нужно с помощью специальной следственной группы и под надзором Генеральной прокуратуры.

 

В конце прошлого года Госдума под давлением общественности смягчила так называемый «закон садистов» — №503-ФЗ. Сейчас он детально регламентирует порядок и условия, когда сотрудники тюрем могут применять физическую силу. 9 января закон вступил в силу. По словам зампредседателя ОНК Артура Абашева, он ещё не сталкивался со случаями, когда суд вставал бы на сторону пострадавших осуждённых. На официальном сайте областной прокуратуры описан всего один такой эпизод: в 2011 году двое сотрудников УФСИН, избившие заключённого, получили наказание — по три года условно.

 

Для справки:

УК РФ, Статья 7. Принцип гуманизма:
1. Уголовное законодательство Российской Федерации обеспечивает безопасность человека.
2. Наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, не могут иметь своей целью причинение физических страданий или унижение человеческого достоинства.

 

Фото: Peter Macdiarmid/Getty Images, omutninsky.ru, ridus.ru, ombudsman.kirov.ru

Источник: kirov-portal.ru
Категория: Новости Вятлага | Просмотров: 779 | Добавил: Admin | Рейтинг: 5.0/5


Посоветовать материал
в соц. сети


Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
   Rambler's Top100   Рейтинг@Mail.ru      Яндекс.Метрика
Наверх