14+
        НАРОДНЫЙ АРХИВ

Мини профиль
Гость
Логин:
Пароль:

Пятница, 22.09.2017




Наши именинники


SuzanneNift(29), razvedka(41), ALEX777(44)



Уголок общения

Перейти в глобальный чат


Статистика сайта

Всего пользователей: 915



Приветствуем нового участника:
Kvas
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0



Сегодня сайт посетили
Admin, schniffer, Jaghen, Kvas



Погода в Лесном

***
Праздники России


Наш опрос


Любимое время года?
Всего ответов: 178




Приветствую Вас, Гость · RSS 22.09.2017, 23:43

Главная » 2013 » Ноябрь » 23 » Моя родина - Вятлаг
22:56
Моя родина - Вятлаг

23.11.2013

Трудно всё это вспоминать, но нужно.
Нужно для молодежи, чтобы прошлое не повторялось.

Вятлаг… Лагерь, где я появился на свет и провёл первые 16 лет жизни. В тридцатые годы возникло это название. Оно относилось к местам, которые находятся в верхнем течении рек Вятки и Камы. Связывающей нитью через них шла железная дорога, по обе стороны которой были лагеря. А на север – 500 км до Коми АССР.

Пункт под названием Рудничный был воротами лагерного края. Я там в школу пошел. До этого в Рудничном был сельхозлагпункт, который организовали специально для того, чтобы кормить постоянно прибывающий контингент. Потом был в моей жизни 8-й лагпункт, затем 3-й, следующий – 16-й и снова 3-й. Самые страшные лагпункты – это где лесоповал. Они перемалывали контингент быстро, особенно зимой. И постоянно требовались очередные партии з/к.

К началу войны в Вятлаге было 12 лагпунктов и 20 тысяч заключенных. После войны прибыло много военнопленных немцев и спецпоселенцев, особенно прибалтов. Стало 57 лагерей и 28 тыс. заключенных. Были 4 женских лагеря, где женщины работали сучкорубами. Столицей Вятлага во время войны стал поселок Лесной.

Кладбища до 1953 г. не было, умерших сбрасывали в естественные углубления или закапывали под насыпь железной дороги, которую вели на север, в Коми. Вся дорога построена на костях людей. Она была засекречена, ее как бы не существовало.

Детская память лучше, чем у взрослых, она фиксирует каждое слово, каждый поступок людей. И сейчас выдает страшные воспоминания о моей жизни там. Зимой морозы страшные, а летом пожары – еще страшней. Это специально поджигали тайгу, чтобы сжечь лагерь, потому что условия в нём были нечеловеческие.

Бунты строго наказывались. Зимой пожарная машина обливала виновников водой из шлангов. А летом начинались побеги – с севера, люди шли вдоль железной дороги. И там ужас что творилось. Так что бараки, собаки, колючая проволока – вот мое детство. И слезы, много слез, очень много. Если все описывать, то никаких слов не хватит, я думаю. И ведь при этом каждый из нас любил Родину и страдал за нее. Кто же виноват в том, что так было, я до сих пор не знаю. И мои родители, хоть и молчали об этом, тоже не знали, за что они так страдали.

В своих воспоминаниях актриса Татьяна Окуневская говорит, что пьянство и разврат был среди лагерной охраны, это правда. Звериная жизнь на воле хуже, чем в зоне. Я помню. Правда, наша семья была непьющая. А другие пили, и женщины тоже. В бараках вспыхивали драки, слышался плач женщин и детей, так как били слабых. Иногда по праздникам пели песни: «Степь да степь кругом», «Позабыт, позаброшен» – вот основной репертуар, с пьяными слезами и тоже драками.
Свет в лагере выключали в десять вечера. О религии разговору не было.

А чтобы выжить, надо было работать день и ночь. Выходной полагался один. Вот и я работал, надрывался в детском возрасте до изнеможения. При этом разрешалось жить в одном лагере не дольше чем три года, чтобы не привык к людям, не обзавелся знакомством. Помню, как меня поразил «лунный пейзаж» – это когда лес вырубили, а пни остались. И вот я вижу: они, высотой 50-70 сантиметров, простираются до горизонта. Страшно. И тайга рядом тоже страшно шумит. А там и волки, и медведи-шатуны. Кладбище для зеков тоже рядом. Так и жили – все рядом.

Я смог выехать из Вятлага только в 1964-м году, когда мне было уже 16 лет. Клеймо «спецпоселенец» так и висит на мне всю жизнь. Кто узнавал хоть что-то об этой стороне моей жизни, всегда старался этим унизить. А теперь многие об этом вообще ничего не знают. Как будто и не было этого времени, этих заключённых. А мы были – миллионы людей второго сорта: ограниченные в выборе профессий, в работе, в служебной карьере. Трагичны судьбы спецпоселенцев, страх и сейчас сидит в нас, его не вырубить ничем. Мы молча носим это в себе. Страшно вспоминать о семейных трагедиях до сих пор.

Я был реабилитирован в 2010 году, случайно. Хотел узнать, когда реабилитирован мой отец, а мне ответили, что он реабилитирован вместе со мной. Спасибо, хоть так. Но отец-то этого не узнает никогда. А мне никогда не забыть прошлого.

Мой дед был выслан из Москвы в 1918 году. Он знал три языка и был титулярный советник цензурного отдела. Но новая власть не терпела умных и грамотных людей. Мой отец пришел с фронта и тоже был направлен в столицу Вятлага – Киров. А потом дальше, на север...

Хотелось сказать о местных людях, вятичах. Это очень добрые, работящие, красивые, бедные, простодушные и доверчивые люди. Мою родню по матери всегда помню и люблю.

А теперь об очень важном – о языке.
Я не филолог, не гуманитарий и вообще не могу назвать себя очень грамотным человеком. Но я никогда не говорю ни одного слова из лагерного лексикона. И что же я слышу вокруг?

Родители, вы с ума сошли. Ваш язык, язык ваших детей и внуков вас не беспокоит? Дети в садах и школах – везде! – говорят так, как будто все сидели в лагерях. Это же позор! Язык – вот главное в жизни. Человек как говорит, так и ведет себя, а мы опустились дальше некуда. Это не брюзжание. Я познакомился с прекрасным языком в детстве, дома так говорили. Занимаясь родословной своей и родных, узнал, какой был язык в XIX-м и XX-м веке. Это песня, русская песня! Я русский и горжусь моим языком, моей историей, хотя она была очень тяжёлой, часто страшной. Но теперешнее поколение – как будто люди другой страны. Мы уже не понимаем друг друга, а что же дальше? Ведь без понимания – конец!

Владимир Георгиевич Огородов



Категория: Статьи о Вятлаге | Просмотров: 699 | Добавил: АЛЕКС | Рейтинг: 4.0/4


Посоветовать материал
в соц. сети


Всего комментариев: 4
0
4  
Владимир  правильно все  сказал  о  языке-поддерживаю

0
3  
Сейчас стало очень модным для пиара или поднятия рейтинга издания тискать подобные "воспоминания". Самое главное, чтобы было поболее  " страшных пожаров, страшных морозов, тайга страшно шумит, а там медведи и волки, если лагерная охрана, то пьянство и разврат", ну, а если разговор заходит о могилах - то это обязательно "... естественные углубления или насыпь железной дороги". Рассказываю то,о чем знаю. Это насчет могил. До 50-х  годов "больничный" лагпункт находился на бывшем 16-м ОЛПе, это в 10 км от ст. Раздельная на восток по Гидаевской ветке. В 70-е годы жители поселка там косили сено для скота. На территории лагеря мы, пацаны, а было нам тогда по 13-14 лет, обнаружили большой бункер, подвал. Глубина его впечатляла, метров 5-6. Длина тоже 5-6 метров , по бокам остатки каких-то стеллажей. Взрослые нам потом рассказали, что это был ледник, для хранения тел умерших. Это летом. Зимой же тела не хоронили, складывали там же и, по всей видимости, захоранивали их уже по теплу. Рядом с лагерем находилось кладбище, на могилах крестов не было, были только столбики, на столбике затес и номер вырезанный. На некоторых вообще не было и записей, может писали чем-то - оно и стерлось. А 16-й существовал с войны и до начала 50-х ... Это я насчет могил .

0
2  
Согласен. У автора явный перебор.
А вообще заметил - все чаща используют аббревиатуру Вятлаг в каких то личных, не всегда честных целях.
Если бы какой то "Вася Пупкин" сослался в своих мемуарах на какой нибудь "Козловск", вряд ли бы читали.

0
1  
Сжечь лес для борьбы с лагерями?Где же то родимое место где автор "в детском возрасте надрывался до изнеможения"Только не обвиняйте меня в сталинизме и пособничестве репрессиям.

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
   Rambler's Top100   Рейтинг@Mail.ru      Яндекс.Метрика
Наверх