Кайские тупики. Часть 2 - 16 Мая 2014 - Все о Вятлаге - Вятлаг

14+
        НАРОДНЫЙ АРХИВ

Мини профиль
Гость
Логин:
Пароль:

Суббота, 25.11.2017




Наши именинники


marry(28), shubin72(45), chaky(53), чаки(53)



Уголок общения

Перейти в глобальный чат


Статистика сайта

Всего пользователей: 920



Приветствуем нового участника:
dyuba
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0



Сегодня сайт посетили
Admin, schniffer, kraus, Oktay123


Друзья сайта


Погода в Лесном

***
Праздники России


Наш опрос


Как Вы узнали о сайте?
Всего ответов: 213






Приветствую Вас, Гость · RSS 25.11.2017, 12:45

Главная » 2014 » Май » 16 » Кайские тупики. Часть 2


18.05.2014
Борис Кирьяков


Кайские тупики
Часть 2

ГОД ЗАДНИХ МЫСЛЕЙ.

Была ли система распределения военнопленных по госпиталям от тяжести заболевания и других факторов когда – нибудь ответят документы центральных архивов. Единственный документ в ГАКО, несущим ясность в вопрос, опять же совместная директива НКЗ РСФСР, и НКВД СССР от 15. 03. 1944г.
( № 28(4) 5042) М- 42 (С)) Дано распоряжение открыть три отделения для лечения больных туберкулёзом военнопленных. Среди них оказался СГ - № 3007, где выделено 300 мест.
В СГ – №№1149, 2074 отмечены лишь разовые поступления военнопленных «тяжелобольных, инфицированных, с открытой и закрытой формами туберкулёза, не транспортабельных».
В таких партиях могут оказаться больные, или инфицированные тифом, другими инфекционными заболеваниями. Как правило, в 1944 году, они поступают внезапно, без предупреждения. Ведомость поквартальной смертности беспристрастно фиксирует возрастание числа умерших военнопленных после каждой такой партии. Причём, каждый раз, число умерших во много раз превышающие число прибывших военнопленных. Не менее 17 партий военнопленных поступили за тот год в Рудничный из других госпиталей, лагерей, накопительных пунктов. 785 военнопленных поступили из лагеря № 101. 11 из партий, прибывшие из других регионов, есть основание причислить к « не транспортабельным, инфицированным, не транспортабельным». О том говорят акты.

« Второго апреля на станцию Фосфоритная прибыла без номерная сан летучка из Киевского сортировочного госпиталя № 398. Военнопленные взяты при проведении Корсунь – Шевченковской операции. Их 313, большинство: немцы, румыны. Вагоны не оборудованы нарами, уборными, не отапливались .Все прибывшие - одеты в куртки.13 военнопленных не и мели обуви. В пути находились 1,5 месяца. Никаких сопроводительных документов нет. Все - истощены, грязные, завшивленные». Брагинская сообщает в обл здрав 10.04.1944: «…Из расспросов выяснилось, что дорогой 79 военнопленных умерли. Лихорадящее состояние заканчивалось летально. Все прибывшие в партии военнопленные находятся в состоянии дистрофии 2 и 3 степени».
Сто военнопленных из партии разместили в СГ - № 3007, остальных в СГ –№ 3171. 14 апреля там, у 45 военнопленных поднялась температура. 16 – установлено клиническое заболевание №4(сыпной тиф). 26 апреля к ним перевезли шестерых, находящихся в подобном состоянии, из госпиталя Морозова. Таким образом, госпитали, уберегшиеся от тифа, завезённого солдатами Паулюса, из Сталинграда, оказались в его осаде через год из Киева.
Карантином, в корпусе, другими мерами локализовали, тиф, потом затушили. Но за квартал в госпиталя у Брагинской не смогли спасти – 184, у Морозова – 269 военнопленных.
В течении марта - апреля госпитали приняли больных тифом, май – желтухой, июнь – с туберкулезом. «Первого мая на туже станцию прибывает вагон с 29 военнопленными, которых везли в лагерь № 101. из лагеря № 144 г. Харькова. Состояние военнопленных требует немедленной госпитализации. В течении суток им оказывали помощь в вагоне, пока занавесками, да досками отгораживали место в карантинном корпусе,чтобы достичь изоляции. В числе прибывших имеются и находятся под особым контролем лихорадящие военнопленные. На месте прибытья обнаружена форма № 4.
Третьего мая прибывает партия военнопленных в СГ - № 3007, о которой имеется предупреждение: «Имеются больные туберкулёзом на фоне дистрофии 2 и 3 степени». Число прибывающих военнопленных не указано. Десять военнопленных умерли в первые часы нахождения в госпитале, и при перевозке со станции Фосфоритная. Партии прибывают до конца июня. Потом следует перерыв до октября.
Двадцатого октября в Рудничный прибывают 200 военнопленных из лагеря № 252 города Бежица. Начальник УНКВД КО полковник Умахин начальник ЭП – 22 полковник Барунин шлют протест председателю военного трибунала Карельского фронта по поводу состояния прибывших военнопленных. 18.10. прибывают 298 военнопленных из лагеря в г. Смоленск.
В СГ – 3007 поместили - сто, СГ - №3171 – остальных сто девяносто восемь. При разгрузке и передаче умерли пятеро, один при перевозке со станции, ещё трое - в госпитале. За первых 14 суток умерли 30 военнопленных из этой партии». Рапорты Брагинской и Морозова содержат: «Просим вмешательства и указаний лагерям о прекращении практики транспортировки крайне тяжёлых, заведомо безнадёжных больных военнопленных, которым медицинское вмешательство не может дать эффекта. Такую практику транспортировки военнопленных следует считать безусловно порочной, противоречащей установкам НКЗ. Приём таких партий подвергает риску, увеличивает смертность военнопленных, находящихся в госпитале на стадии выздоровления». 11 и 27 ноября, по нарядам из Москвы, словно ответом на протесты, рапорты, письма с актами, прибывают 260 военнопленных из лагерей №№200 и 184 Асбеста и Алапаевска. Без предварительного уведомления. Первичное обследование сразу выявило подозрения на тиф (форма №4).
Больные, уже принятыми, поделились: «Нас пытались, пристроить, но там нас не взяли». «Сыпь у троих военнопленных, через день после прибытья, заставила провести фронтальные меры против вшивости во всём СГ - № 3007, Подозрительных на тиф изолировали в отдельный корпус сразу. Для обслуживания выделили специальный персонал. Его одели в специальные комбинезоны, разместили в отдельном общежитии, запретили общение с теми, кто не работал в корпусе» Утешением стало не разрастание инфекции до степени эпидемии в госпитале, не пустили тиф в поселок. Тиф потушили. Но, в карантинном корпусе умерли 63 военнопленных. Отдельно положили троих военнопленных с подозрениями на дизентерию, находящихся в крайней степени дистрофии. И здесь, помимо тех- троих, в корпусе умерли 34 военнопленных».
За картинами ада не надо обращаться в мир иной. Документы архивов, воспоминания рисуют их на земле, которая дарит нам жизнь. Значит – они, дело людских умов и рук. Смертность военнопленных в других спец госпиталях области в эти месяцы незначительна, Но, вдруг делает скачёк, если поступает подобная партия военнопленных. Там они единичны.

БЕГ ЗА ЦЕЛЬЮ, ИЛИ ОСНОВНАЯ РАБОТА.

Количество врачей, в каждом из Кайских спец госпиталей, не превышало треть от штатов по нормам, НКЗ РСФСР, утверждённых НКВД.
В сравнении с другим спец госпиталями области, положение не худшее. СГ- №1773 в Тарасовых, например, начинал при трёх врачах. Ядро каждого коллектива врачей спец госпиталей Рудничного составляли высококвалифицированные специалисты из медицинских учреждений Украины, Белоруссии, оккупированных районов России, Москвы, Ленинграда.
Бывшие гинекологи, педиатры и микро педиатры, зубные врачи, нерва патологи переучились на лечение огнестрельных ранений, пока лечили военнослужащих Советской Армии. Такие специалисты составляли 80 % врачей, работавшие в госпиталях Кировской области. Их дополняли молодые специалисты, выпускники вузов,
Лучшие из хирургов, терапевтов, быстрее освоившие военную медицину и годные по собственному состоянию здоровья, мобилизованный в прифронтовые и фронтовые госпитали.
За 1943 год, например, из Кировской области отозвано 100 врачей. Прибытье военнопленных развернуло врачей обратно на терапевтическую работу, как основную. Фактически врачи вторично переквалифицировались. Им приходится переучиваться в медицинских центрах, при вузах и исследовательских центрах Москвы, Горького, Кирова.

Решающущую роль, однако, сыграли курсы, семинары, конференции, школы повышения квалификации на рабочих местах. Даже временное отсутствие любого врача на рабочем месте весьма болезненно отражалось на работе всего госпиталя. Инициатором повышения квалификации врачей спец госпиталей на месте, стал главный терапевт отдела госпиталей Кировского облздрава, И.И.Мышкин.
Имея энциклопедические медицинские знания, в совершенстве владея ими, доктор, прибывая, в очередной спец госпиталь, подробнейшим образом несколько суток исследовал состав больных, занимаясь диагностикой, принимая участье в разработке схем лечения.
Особенно тщательно, со штатными врачами обследовались тяжелые больные, находящиеся в изоляторах, карантинных блоках больные. Результаты работы, в том числе и прозекторской, обобщались, выносились конкретные рекомендации по схемам лечения, ухода, соблюдения санитарно - эпидемиологического режима. Знания, трудолюбие, потрясающая диагностическая въедливость И.И.Мышкина, при обследовании каждого больного, породили буквально второе дыхание среди врачей спец госпиталей Рудничного. Его уверенность в силе знаний, и верность клятве Гиппократа помогли коллегам справиться с собой в неимоверно тяжёлые месяцы 1944 года и тем спасти многие жизни военнопленных. И.И.Мышкину поручен отбор врачей из числа вылеченных военнопленных. Среди них оказались высококлассные хирурги, терапевты, нерва патологи, зубные врачи, другие специалисты, имеющие профессорские звания. В Рудничном, каждый из госпиталей, получил в разное время, по 7 – 8 таких специалистов: немцы, итальянцы, австрийцы, венгры, румыны.
Документы почти не отмечают присутствия специалистов по санитарно – эпидемиологической работе на этапе приёма первых военнопленных в 1943 году. У Морозова за данную работу отвечал врач – дезинфектор с большим опытом работы. У Брагинской – должность санитарного врача вакантна. Тем не менее, военнопленные, прибывшие в Рудничный,с тифом первыми партиями, в апреле - марте того года, спасены. Угроза эпидемии тифа ликвидирована здесь в зародыше. Оба руководителя, при наличии огромного врачебного опыта, знакомы с противоэпидемической работой. Морозов Г.А.– по работе в госпиталях Первой мировой и Гражданской войн, Брагинская И.Я. – в исследовательских центрах по изучению материнства и детства, где трудилась до войны. Решающими, представляется документами, стали личные качества этой женщины. Перед каждой вновь прибывающей крупной партией военнопленных она раздельно, для каждой службы госпиталя, называет действия, которые надо безукоризненно выполнить для предотвращения инфекции. Начмед, зав отделениями, даже замполит Гарцман обязаны у неё следить за выполнением санитарно – гигиенической дисциплины. Результат, как говорится, налицо. Тифа нет! Попытки партийной организации, канцелярии НКВД, при госпитале взять под защиту нарушителей, привели к увольнению из госпиталя нескольких сотрудников. Эти увольнения, выговора, породили массу жалоб, кляуз, партийных разбирательств в её адрес. Она непреклонна, и тем спасено сотни жизней военнопленных, на первом этапе, чего не удалось сделать другим спец госпиталям области, приступивших к работе в это время.
Дальнейшие действия Иды Яковлевны: попытка сокращение контингента больных в госпитале для уменьшения скученности, улучшения условий, и особенно уменьшение процента выписанных в лагерь военнопленных, вызвали переполох в обкоме ВКП(б), УНКВД КО. Вызовы в обком партии в феврале, апреле 1944 г., требование УНКВД от 2.01., затем 14. 02, отчитаться за свои действия – способ воздействовать. Неполный штат среднего и младшего медицинского персонала в спец госпиталях Рудничного ощущался не так болезненно, как недостаток врачей. Во- первых, в палатах была налажена чёткая система ухода фельдшерами и санитарами из числа выздоровевших военнопленных. Во – вторых, у Брагинской имелась собственная школа медсестёр, где учились девушки и женщины из работавших у неё санитарок, жительниц посёлка, в том числе спец переселенок, Упрёков НКВД.по этому поводу, она не миновала,

Врачи всех спец госпиталей области были проинструктированы о требованиях к ведению историй болезней военнопленных. Предписывалось все записи делать чётким почерком, понятными другим врачам словами и фразами. Основа содержания: диагноз, первичный статус больного, отражение анамнеза. Врачам давался трёхдневный срок на установление диагноза по результатам рентгеновского, лабораторного обследования осмотра, анализа истории болезни, если она поступила с больным.
Чаще поступали военнопленные, однако, у которых никаких документов вообще не было. Иногда нет даже списков. Количество определяли по счету прибывших военнопленных. Встречались документы, в том числе истории болезней, на иностранных языках. Специальным приказом врачам предписывалось использовать все методы комплексной терапии: переливание крови; внутривенные вливания камфары, хлористого кальция, аскорбиновой и никотиновой кислоты, всех прочих препаратов использовавшихся в то время. Обращалось внимание на своевременное применение и использование соллюксов, парафин и торфо терапии.
Служба крови, например, у Морозова состояла из 5 медсестёр, 2 врачей, подготовленных на месте. Донорами были 14 добровольцев из выздоровевших военнопленных. В экстренных случаях, при наличии подходящей группы, кровь давали сотрудники. Чаще – это были медсёстры. В наличии имелось две системы для переливания крови.
Больным дистрофией кровь вливали мелкими дозами. Для налаживания лечебного питания все госпитали пропустили своих шеф – поваров через курсы при ЭГ - № 1093 в Кирове, где работал высоко – классный врач – диетолог Рахманчик. Всем военнопленным, поступившим с дистрофией, вводилось дробное питание. Для каждой категории больных вводился свой стол. В палатах, для выздоравливающих военнопленных проводилась лечебная физкультура. Первоначально её проводили обученные палатные медсёстры. Потом им помогал комиссованный после ранения красноармеец Медведев, имевший специальное образование.
Для хирургической работы шестеро врачей СГ - №3007 прошли через полуторамесячные курсы. После выздоровления, ими руководил немецкий хирург - прфессор. К сожалению, документы облздрава не упоминают его имени. Такой же специалист работал у Брагинской.
Клинические лаборатории обеих госпиталей в Рудничном работали в полную меру своих сил. Там работали опытные, исключительно добросовестные. врачи лаборанты. Сомнения, даже претензии к их работе появились, с проблемой разграничения рецидивов дизентерии и последствий, длительно перенесённых дистрофии с авитаминозами. Симптомы дизентерии вроде бы налицо, но лабораторные исследования не подтверждают. Часть врачей – лаборантов пропустили через курсы бактериологического анализа на базе Института Санитарии и Эпидемиологии Красной Армии эвакуированного к этому времени в Киров.
Помимо клинической лаборатории имелась лаборатория по контролю, за качеством готовящихся для военнопленных дрожжей. Одна – на оба госпиталя в Рудничном. Акты обследования отмечают особенно высокое качество дрожжей в этих госпиталях.
Рентген кабинет здесь также один на оба госпиталя, поэтому работал с полной возможной для него нагрузкой. Обследованию на предмет туберкулёза подвергался каждый вновь прибывший военнопленный. Через установленные промежутки времени обследование повторялось. При поступлении, затем с интервалами 10 – 12 дней, все военнопленные проходили санобработку. Общим санпропускником для госпиталей служила поселковая баня. Для тяжело больных были выделены сан комнаты с ваннами при некоторых корпусах.
Совместным приказом НКЗ РСФСР и НКВД СССР спец госпиталю № 3007 в марте ё1944 г. вменено выделить 300 мест для лечения туберкулёзных больных. Число больных туберкулёзом выросло до 9,7% от поступивших военнопленных.
В приказе перечислены спец госпитали и лагеря Курганской, Горьковской, Чкаловской областей, Мордовии, где открылись подобные отделения. Мотивы, по которым открывалось отделение в условиях отдалённой периферии севера Кировской области, в приказе не упоминаются. Успех в противодействии тифу на первом этапе Морозову Г.А., Брагинской И.Я. закрепить не удалось. Весь 1944 год документы характеризуют положение в госпиталях Рудничного, как бег за целью при нехватке сил.
Главная причина неудач – противоречие порочной системы отправки военнопленных по госпиталям установкам НКЗ РСФСР. Коллективы медицинских сотрудников госпиталей видят цель, всеми силами не щадя себя, стремятся к ней, но реальная жизнь увеличивает дистанцию.
За год в госпитали в два госпиталя поступили больными 765 военнопленных из трудового лагеря № 101. 85 из них спасти не удалось. Из документов, относящихся к упомянутому лагерю, такая смертность даёт повод ОПВИ НКВД СССР для разборок. Но возникает впечатление, что реального положения дел там не знают, либо не хотят видеть.
Тут, следует сказать, что документов, говорящих о существовании какой – либо системы распределения больных военнопленных, ,или хотя бы косвенных ссылок на такие документы в архиве мной не обнаружено. Возможно предположение,что таких документов не было.
В апреле СГ - №3007 потерял 91 военнопленного. Комиссией НКЗ РСФСР, установлено, что «толчком для столь высоко скачка смертности в госпитале послужила партия высоко смертных военнопленных, поступивших до того, в марте.

Новая подобная партия – 313 военнопленных из сортировочного госпиталя № 398 в Киеве». Партии приходится делить на оба госпиталя. Другой возможности разместить нет. Читаем по рапорту и акту приёма: «Из расспросов выяснилось, что 79 военнопленных дорогой умерли. Умирали после наступления лихорадящего состояния. Все прибывшие военнопленные находятся в состоянии дистрофии 2 и 3 степени. 10 – 11 апреля у 45 военнопленных их этой партии поднялась температура. У шести больных военнопленных в СГ - №3171 семнадцатого апреля установлено клиническое заболевание формы № 4 – сыпной тиф. Под подозрением находятся – 40 военнопленных. Но, очевидно, что они находятся в той же форме. Корпус, куда размещены военнопленные из этой партии, объявлен карантинным. Издан приказ по борьбе с распространением заболевания в другие корпуса, на население посёлка.
Мероприятия по корпусу:
1.По прибытии партии, два дня активной борьбы с вшивостью;
Первичная и вторичная санобработка со сменой постельного и нательного белья; 2.Ежедневный осмотр каждого больного на наличие вшей.
3.Поголовное бритьё всех волосистых частей тела, вплоть до бровей, верхних и нижних конечностей. 4.Проглаживание белья калёным утюгом;
5.Кожа всех прибывших военнопленных обрабатывается антившином;
6.Весь персонал обработан противотифозной сывороткой; работает в специальных комбинезонах, которые оставляет в палатах; ежедневно проходит санобработку.
7.Сотрудников, переболевших сыпным тифом в госпитале нет, поэтому персонал заменить некем;
Госпиталь испытывает острую нужду:
1.В вакцине Красовского для вакцинации и ревакцинации новых сотрудников. Её нам отпущено всего 50 куб см;
2.В керосине, который входит в состав антившина. Наряды на керосин не выполняются последние 6 месяцев.
3.В мыле «К – 2», для дезинфекций;
4.В уксусной кислоте, которая растворяет оболочку вшей;
5. В камфарном масле.( - Б.К.) для подкожных инфекций;
6.В сульфидине.
Капитан мед службы Брагинская»
Отметим. Что в госпитале находится 73 больных сыпным тифом.
В СГ - №3007 положение усугублено нахождением 80 больных открытым туберкулёзом, большей скученностью контингента. Март и апрель заставили принять Кайские госпитали военнопленных больных тифом и туберкулёзом; май – желтухой, июнь – из зоны, поражённой тифом.
Все силы врачей направлены на предотвращение угрозы эпидемии в госпиталях, не дай Бог вынесение инфекции за стены карантинных корпусов. Если дать характеристику Кайских спец госпиталей в целом к середине 1944 года, они оказались в положении, из которого самостоятельно выйти не могут. Даже, если не усугублять новыми партиями больных военнопленных, подобных не раз упомянутым.
В течении года ухудшалось поступление некоторых лекарств. Кончаются запасы в аптеках хирургических госпиталей области. Некоторое время они накапливались там за отсутствием терапевтических больных. Но, такие больные появляются и среди военнослужащих Советской армии. На запросы из штабов приходят ответы: «Лекарства отправлены в освобождённые районы».
Проблемными с начала работы спец госпиталей области оставались позиции: марля, вата, гипс… Гипс, поставляемый аптекоуправление, вообще не годился для медицинских целей.
Встречаются упоминания об отсутствии сульфидина, других лекарств. Тем не менее, многое из дефицита где – то находилось. ***В протоколах собраний, бюро коммунистов встречаются упоминания о неофициальных командировках за лекарствами в Сарапул, Глазов, Пермь, Свердловск. Туманные рассказы бывших сотрудников, позволяют предположить, что был некоторое подобие «чёрного рынка» лекарств, вещей и продуктов. Но доступ к нему крайне ограничен. Подтверждением тому, служат материалы обысков НКВД на складах аптекоуправление. Найдены неучтёнными спирт, лекарства, марля и другие мед средства. Уголовного преследования не последовало

Проблемой для Кайских спец госпиталей становится высококачественное питание, необходимое для выздоровления военнопленных, страдающих дистрофией, авитаминозами: мясо, творог, сметана, масло, свежие овощи НКО в Кирове пусты.
Неполный комплект постельного и нательного белья приводил к срыву санобработок. Из каждого госпиталя отозвано по 2 –3 врача.
«В течении мая - июля Мышкиным проконсультированы все и тяжелобольные военнопленные в обеих госпиталях Рудничного. В том числе лихорадящие, находящиеся в карантинных блоках сыпнотифозные, туберкулёзные больные. С врачами проведены инструктажи. Сроком на две недели, для помощи СГ - №3007 прикомандирован опытный врач КудринА.Н. Для помощи, из ЭГ - № 3773 выезжает опытный фтизиатр Пергамин. Мышкин добивался его приезда для организации проведения искусственных пневмоторакс, а также сбора показаний для алкоголизации диафрагмального нерва у туберкулезных военнопленных».
Лето, казалось, принесло надежды на помощь. Главное – нет партий безнадёжно больных военнопленных. несущих волну смертности. Актов о поступлении таких партий нет за июль, август, сентябрь. Из докладной от 14.10.1944 года полковнику Барунину, видно, что в Кирове была идея разместить часть прибывающих военнопленных в госпиталях, где лечатся военнослужащие Советской армии.
Ответ замнаркома НКЗ РСФСР Миловидова гласит: «Категорически запретить». Документ № 255 от 29.07. 1944 из НКЗ РСФСР сообщает, что из Москвы для Кайских госпиталей отправлено два вагона с лекарствами: камфара, глюкоза. Хлористый кальций, аскорбиновая и никотиновая кислоты.
«Отправлено и получено в конце июня 1000 пар нательного белья,250 наволочек и простыней. 100 полотенец, 60 медицинских халатов. В подобной пропорции такие же позиции получены другим спец госпиталем. Третий квартал обещал поступление дополнительное обмундирование».
К этому времени относится окончательный вывод о последствиях продолжительного действия дистрофии и авитаминозов на организмы военнопленных. В рекомендациях для руководителей спец госпиталей в Рудничном И.И.Мышкиным записано: «Основной контингент вверенных вам госпиталей болен дистрофией 2 и3 степени. Тяжёлое основное страдание отвлекает внимание врачей от почти 100% витаминной недостаточности. Если врачи учтут это заболевание, надо полагать колиты, и энтероколиты – основные моменты, ведущие к смерти, будут протекать в известном проценте случаев легче, и смертей будет меньше». В рапорте от 7.06.1944 г. он требует от командования ЭП – 22:
«Примите меры к обеспечению спец госпиталей мясом., так как основной контингент военнопленных там болен дистрофией. Мясо для них – основное условие выздоровления». В рапорте не упомянут лишь СГ - № 2074, наладивший успешно работающее подсобное хозяйство.
Летом Морозов и Брагинская решаются на непозволенные инструкциями НКВД способы привлечения высококачественных продуктов для военнопленных у ближайших колхозов, частных хозяйствах. Там его тоже наемного, но при свободе действий руководителей, можно увеличить. Лечебный режим благодаря этим действиям удаётся сохранить.
Отсутствие свободы действий руководителей, постоянные одёргивания НКВД с попытками вмешаться в лечебный процесс, вытолкнуть на работы в лагерь как можно больше военнопленных мешали врачам не меньше, чем объективные трудности: скученность больных при 2,3-х ярусных нарах, недостаток лекарств и высококачественных продуктов питания, транспорта, белья и так далее.
Наметившиеся надежды врачей рухнули в октябре. Партии военнопленных из г.Бежица, Алапаевска, Асбеста вернули госпитали с находящимися в них военнопленными, медперсоналом к состоянию заложников тифа, туберкулёза и дистрофии.
Карантин, наложенный на госпитали, запретил выписку выздоровевших военнопленных в лагеря, новые партии приводят к лавинообразному росту контингента, без того находящемуся в скученности.
Врачи обеих госпиталей в конце года говорят: «Некоторых больных мы могли спасти, будь у нас мясо, творог, сметана или хотя бы молоко. Мы не получаем полной меры питания, медикаментов, белья, мыла.
.Больных везут нетранспортабельными .Почти каждая партия добавляет эпидемическое заболевание. Медленное выздоровление некоторых больных военнопленных объясняется тем, что к основному заболеванию присоединяется сопутствующее, У других – не одно. Сложно решить, от чего же лечить в первую очередь. На врача приходится до 400 больных, на медсестру – до 80,большинство из которых тяжелобольные. Были носители скарлатины, взрослого дифтерита, сифилиса. Почву для распространения удалось ликвидировать.
Тиф к концу года затушили. Но, всё – равно третий квартал 1944 года отнял жизни 397 военнопленных водном госпитале, 254 – в другом». Начмед Дубинская Е.А. о положении в своём госпитале говорит: «На 20 декабря у нас 1535 больных, из которых две трети тяжело больны .Медперсонал работает хорошо, но работать прихддится в ужасных условиях. Больные находятся в условиях биологической тьмы и кислородного голодания. На больного приходится 1,1 квадратных метра площади».
За период 1.04.1943 – 1.07.1944г.г. госпиталь принял 2704 больных военнопленных. Из 838 военнопленных, прибывших в госпиталь первыми тремя партиями апрель – июнь 1943 г. не удалось спасти 116 военнопленных.
За 1944 год в наш госпиталь поступили 3257 военнопленных. В лагерь отправлено 58,48 % от поступивших за год. Умерли 637 военнопленных В СГ - № 3007 к тому же декабрю находится 1242 военнопленных. Тяжелобольных – 300. За год в госпиталь поступили 3333 военнопленных. Из них 41 % безнадежно больных, 47 % находились в состоянии дистрофии 2 – 3 степени, либо подозрениями на дизентерию. Смерть настигла – 870 военнопленных.( 265 – из них умерли от туберкулёза). В лагерь отправлено - 1942.
Положение в этом госпитале продолжает оставаться сложным в 1945 году Умерли – 519 военнопленных.
К сожалению, столь подробной картины, как в 1944, нарисовать пока не позволяет отсутствие документов.
Госпитали объединили под №3171 в апреле 1946 года До февраля 1947 года в объединенном госпитале умерли 245 военнопленных. Максимальное количество больных колеблется от 2113 – до 1806 военнопленных. В это время появляется понятие ограниченной трудоспособности. С ней в лагерь отправлено – 610 военнопленных.Со 100% трудоспособностью – 806 военнопленных. Ещё 150 человек трудятся на хозяйственных работах в госпитале.


РАБОТА НАД ОШИБКАМИ.

Количество лиц, посещающих спец госпитали с целью проверок, было таким, что руководители двух спецгоспиаталей в Халтурине (ныне Орлов), обратились в ОК ВКП (б) с мольбой: «Пусть позволят добиваться поставленной цели без постороннего вмешательства, и не мешают нам». Каждый приехавший требовал к себе внимания, времени. проведения иногда нескольких собраний, написания множества бумаг, и отнимал так много душевных сил у врачей, что большинство из них старались уклониться от встреч с проверяющими.
Проверяющие приезжали из штабов военного округа, управлений НКВД всех уровней, ЭП – 22,ОК ВКП(б). наконец НКЗ и облздрава. Надзор райкомов партии обычно был беспрерывным.
Самыми полезными и нужными, были посещения представителей облздрава. Размещение военнопленных, состояние лечебного процесса и, питания, соблюдение санитарно – гигиенического режима, нацеленность на определённые медицинские цели и задачи, методическая помощь врачам. много других вопросов решалось в процессе посещения спец госпиталей комиссиями облздрава.
Комиссии облздрава под руководством главного терапевта отдела госпиталей небыли контролирующими, в привычном понимании. Мышкин И.И., подобранные им специалисты: фтизиатры, нерва патологи, по санитарно – эпидемиологической работе, бактериологическому анализу, и другие начинали и заканчивали свою работу врачебной – консультационной помощью тяжелобольным военнопленным непосредственно в палатах, лабораториях, рентген кабинетах. Непременная часть работы – выяснение причин смерти военнопленных, поэтому Мышкин И.И. много работал в прозекторских.
И.И.Мышкин сутками не покидал карантинных палат и корпусов Кайских госпиталей. Он лично консультирует по особенно тяжёлым больным всех начмедов, заведующих отделениями, врачей, начальников госпиталей. Разработанные им рекомендации по лечению дистрофии и других болезней позволил, выработать оптимальные схемы лечения, избежать ошибок врачами.
Он бескомпромиссно требует от командования Уральского ВО, ЭП – 22, улучшить условия размещения военнопленных, нормального снабжения лекарствами и продуктами питания, упорядочения и контроля ведомствами за перевозкой тяжелобольных военнопленных.
Для организации успешной работы спец госпиталей, безусловно, были необходимы посещения комиссий НКВД, НКЗ. Летом 1943 года комиссия НКВД СССР устанавливает необходимость повышения квалификации врачей в диагностировании и лечении дистрофии, авитаминозов (Есть основание полагать, что приезд в Киров и выводы сделаны по предложению Мышкина).
Комиссия НКЗ РСФСР в апреле 1944 года под руководством Соколовского устанавливает порочность практики отправки лагерями и распределительными пунктами военнопленных тяжелобольными не транспортабельными, из зон поражённых инфекциями. Отмечено, что поступление таких партий военнопленных подвергает риску находящихся на стадии выздоровления и выздоровевших военнопленных, находящихся в госпиталях.
Подтверждением этих выводов комиссии НКЗ стали события 1944, начала 1945 годов в СГ - №№3007,3171. По документам олблздрава лишь косвенно можно судить о полезности проверок по линии ОПВИ НКВД. Выводы комиссий о продуктовом, лекарственном, и вещевом снабжении, безусловно, были не утешительными. Эти выводы могли сыграть положительную роль в улучшении по перечисленным позициям, потому что в руках «органов» имелись самые действенные по тому времени рычаги воздействия на власть, отдельных людей, от которых зависело снабжение. Пример тому, лекарства, бельё, поступившие в Рудничный летом 1944 г.
Отсутствие других примеров говорит, что возможностей у изнурённой войной страны. улучшить снабжение нет. Самыми мучительными для врачей и руководителей госпиталей в Рудничном, стали проверки УКНКВД Кировской области.
*** Часть роли, которая отводилась аппарату НКВД при спец госпиталях, можно понять по рапорту лейтенанта ГБ Аксенов о результатах проверки 1944 года. «Как недостаток по всем спец госпиталям нужно отметить то положение, что заместители по режиму не уяснили свои обязанности, не вникают в лечебное состояние, не интересуются причинами высокой смертности. Не отвечают за санитарное состояние госпиталей; вернее забывая о том, что они представители НКВД. Среди общих недостатков, отмеченных в спец госпиталях: :военнопленных выводят на работы под руководством медсестёр и санитарок, военнопленных вывозят на работы в колхозы. В госпиталях Халтурина и Филенок не построены заборы вокруг корпусов СГ -№№ 3126, 3007, плохо поставлено противопожарное дело; оружие в СГ №3169 хранится в жилых помещениях вахтёров. 1 ноября 1944 года в СГ - № 1952 произошёл побег».
Уникальной по поставленной перед собой задаче, стала проверка учинённая старшим инспектором УНКВД КО, капитаном Котовым. Он провёл в Рудничном весь декабрь 1944 года и часть января следующего года. Котов проверяет санитарно – эпидемиологическую работу СГ - №3007 и одновременно на свой лад пытается обьяснеить причины высокой смертности военнопленных.
За основу им взят тезис: «Смертельное состояние военнопленных наступило в госпитале, значит ответственность за смерть военнопленных должен нести руководитель, то есть начальник госпиталя». Результаты работы высоких комиссий, работавших в Рудничном, Котов обобщил выводами:
1.Прибывающий контингент военнопленных своим физическим состоянии объективно определяет уровень смертности в СГ -№№3007, 3171; Ответственность за это он адресует ОПВИ НКВД СССР.
2. Уровень смертности военнопленных зависит от продовольственного, лекарственного и вещевого довольствия, финансирования, руководства госпиталями облздравом.
Котов находит третью группу причин, приведших Кайские госпитали к столь высокой смертности. Их выявили заместители начальников по режиму и охране: «Они говорили о бездеятельности зам начальников по снабжению, плохо поставленной медицинской работе в госпиталях. Наконец, они обратили внимание на заявление врача Сабуровой о том, что в госпитале № 3007 как следствие санитарной небрежности, разбойничает дизентерия. Никто из прежних обследователей даже не прислушался к её высказыванию».
Как могут сделать вывод о плохой или хорошей медицинской работе оперуполномоченные и зам начальники по режиму, имеющие образование не выше семи классов, для Котова не вопрос.
Ссылка на врача Сабурову обращает на себя внимание, потому что её заявление стало предметом разбирательств нескольких собраний коллектива врачей, партийного бюро членов ВКП(б) СГ - № 3007.Врачи, начальники отделений, начмед, отнеслись к нему самым внимательным образом. Но, там же они говорят о переполненности госпиталя, жутких последствиях перенесённой военнопленными дистрофии и скорбуте, нарушениях кожного покрова, массовой диарее и отсутствии лабораторных показаний дизентерии.
Поддержка Сабуровой на этих собраниях находится только со стороны оперуполномоченного СГ - № 3007, Касаткина. Выполнение всех санитарно – гигиенических норм в госпитале, переполненном больными и тяжелобольными военнопленными, при недостатке белья, средств санитарии, действительно не на высоте. Были случаи срыва санобработок из – за нехватки белья, мыла «К».
Но, санитарки, медсёстры, врачи, наконец, сами выздоравливающие военнопленные делали всё доступное их силам в возникшей тяжелейшей ситуации.
Трудности врачей в постановке диагнозов: рецидив дизентерии или последствия перенесенной дистрофии возникали во всех госпиталях Кировской области. Они рассосались с приобретением опыта лечения после разьясненний Мышкина И.И., сделанных им при обследовании военнопленных этого госпиталя в середине 1943 .Неблагоприятную санитарно – гигиеническую обстановку в госпитале Котов присовокупляет к анализу протекания болезней военнопленных. Из просмотренных 500 историй болезни, закончившихся летально, он делает заключение: «При неблагоприятной санитарно – гигиенической обстановке, вспышки смертности происходят не сразу с прибытьем партий тяжелобольных военнопленных, а спустя некоторый промежуток времени. В течении этого промежутка времени состояние прибывших тяжелобольных улучшается. Затем происходит резкое ухудшение состояния и наступает смерть».
Тем и защищает поставленный перед собой наперёд установленный тезис. « Не прибытие в тяжёлом состоянии, а постепенное утяжеление в стенах госпиталя,приводит военнопленных к смерти». Например, причиной смертности в декабре, стала «индукция, наведённая инфекцией», после прибытья 309 военнопленных из города Осташков.
Для разъяснения смысла используемых терминов, им составлено 5 таблиц.
В конце декабрьского посещения СГ - №3007.Котов делает вывод: « Все обстоятельства заставляют искать не лицо, ответственное за высокую смертность, а персонального виновника в допущении массового распространив инфекционного заболевания (дизентерии) в госпитале». Этим виновником, по выводам и мнению Котова является начальник госпиталя Морозов Г.А. Более того, «Он ведёт себя так, что его поведение мало, чем отличается от диверсионною – вредительского. Капитана Морозова Г.А. как совершенно не оправдавшего себя на посту начальника госпиталя, с данной должности снять, и отношении его сделать оргвыводы».
Что может сказать в ответ Морозов Г.А.? «Могу поклясться всеми годами врачебной работы, авторитетом клинициста. что мед работа в госпитале налажена неплохо. Врачи умеют и знают всё, что необходимо для успешного лечения. Они не могли не распознать дизентерию. Рецидивы имеются, но массовой дизентерии лабораторными анализами не установлено.
Решением Управления эвакогоспиталей открыто отделение на 300 коек для лечения туберкулёзных больных. Стационарное содержание туберкулёзных больных требует особых условий.
Сюда, прежде всего, входят климатические условия, высоко – благоприятные санитарно - гигиенический и диетический режим. Параллельно с этим должен проводиться комплекс лечебных мероприятий. В условиях местности Лойнского района, убогости санитарно – технических условий, ограниченной зоны дворовых удобств, пребывание туберкулёзных больных военнопленных, в СГ - №3007 благоприятным ни по какой мере признано быть не может.
Исключительно неблагоприятные условия севера, с ветреной длительной зимой, дождливым коротким летом, исключает возможность проведения основных факторов гелио-, аэро- терапий. Скученность больных, отсутствие особого санитарно – гигиенического режима для туберкулёзных больных, так же должно быть отмечено, как неблагоприятные факторы.
На основе изложенного, анализа 167 историй болезни, я вынужден утверждать следующее:
1.Рост числа туберкулёзных заболеваний среди военнопленных, отягощённых предшествующей дистрофией, полиавитаминозами, не имеет тенденции к понижению.
2.Следует особо подчеркнуть присоединение дизентерии к туберкулёзному заболеванию; либо наличие дизентерии у больных в хронической форме.даёт периодические обострения. В результате чего возникает благоприятная почва для развития туберкулёзной инфекции».
Анализ смертности военнопленных в СГ - №№1149, 1952, 2074, Кировской области за 1944 год, проведённый тем же Котовым, приводит к однозначному выводу: смертность возрастает после прибытья каждой неблагополучной партии военнопленных, подобной упомянутым не раз. Но, эти вспышки называются исключениями.
Мотивом и поводом сокращения контингента в СГ - №3007 до семисот военнопленных, Морозов нашёл с подачи комиссии санэпидемстанции. Составлен акт о непригодности нескольких зданий для эксплуатации. В одном из корпусов побывал пожар, другие здания побиты грибком.
СГ - №3007 прекращает своё существование в апреле 1946 года.
Госпиталь - №3171, не подвергался столь беспощадной «проверке» и критике, хотя результаты работы за тот злополучный для обоих год, мало, чем отличались по своей трагичности.

Список врачей СГ - №3007 . (На первое декабря 1944 года).
!.Морозов Георгий Александрович 1891 г.рожд. Начальник госпиталя. Перед войной Начальник лечебного бюро г.Сталино Донбасс Украина.
2.Яценя Засим Романович 1891 г.рожд. Начальник мед части голспиталя. Перед войной начальник вен диспансера г. Киева. Выбыл в первой половине 1944 г.
3.Сабурова Мария Михайловна. 1896 г. рожд. Начальник отделения. Перед войной акушер – гинеколог в г.Беломорске Карало – Финской АССР.
4.Ганина София Ивановна 1918 г.рождения. Начальник отделения До войны заведовала больницей в г. Рязань.
5.Гробов Николай Васильевич – 1898 г. рождения. Начальник отделения .Перед войной заведовал больницей в с. Лойно.
6.Лузина Зоя Порфирьевна – 1898 г.рождения. Врач – лаборант же обязанности выполняла перед войной в г. Рязань.
7.Конькова Анна Ивановна 1918 г.рождения.Начальник отделения госпиталя.Довоенного врачебного стажа нет.
8.Благовещенский Владимир Алексеевич.1901г.рождения.Заедующий рентген –кабинетом.
9.Маркелова Валентина Ивановна.1920 г. рождения. Начальник отделения.Довоенного стажа работы нет.

Список врачей СГ - №3171 (на июнь1943 г).
1.Ганова Клавдия Ивановна. 1908 г.рожд Врач обще – лечебник.Стаж довоенной рабты 5 лет.
2.Герцев Иза Исаевна 1920 г. рождения. Врач – обще лечебник, .начальник 4 отделения. Стаж 2 года.
3.Дубинская Ефросиния Александровна 1905 г рождения. Начальник 2 отделения Стаж 3 года. (В 1944 году стала начмедом госпиталя).
4.Кочерова Зинаида Яковлевна 1918 г. рождения. Врач – общелечебник.Стаж 2 года. .Начальник 5 отделения.
5.Никонов Елена Васильевна 1898 г. рожд. Стаж 4 года. Терпевт – педиатр. Начальник 7( - ?) отделения.
6.Троицкий Михаил Иванович1903г.ролд.Врач – стоматолог.
7.Копылова Вера Григорьевна.1908 г.рождения.Врач – стоматолог.
8.Вишнякова Клавдия Гапоновна – 1919 г. рожд. Ординатор. Врач – обще лечебник. Стаж 1,5года.
9.Костарева Мария Николаевна 1920 г. родения. Врач обще –лечебник.Стаж 11 месяцев.
10.Удисман Михаил Константинович. 1907 г.рожд. Зубной врач. Стаж 15 лети.

Конец

© Copyright: Борис Кирьяков, 2014



Категория: Статьи о Вятлаге | Просмотров: 613 | Добавил: АЛЕКС | Рейтинг: 5.0/1


Посоветовать материал
в соц. сети


Всего комментариев: 1
0
1  
Редкая и правдивая проф.написанная статья,приветствую.

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
   Rambler's Top100   Рейтинг@Mail.ru      Яндекс.Метрика
Наверх